Публицистика

РАСИЗМ: НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ ПРОЯВЛЕНИЯ

В СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ ЭЛИТЕ

17 ноября 2011 г. на телеканале «Россия — 24» в связи с 85-летием со дня рождения известного советского и российского  журналиста и востоковеда Всеволода Владимировича Овчинникова состоялась специальная передача, включавшая и некоторые его личные воспоминания. Я начал было слушать ее, особенно воспоминания юбиляра, с каким-то внутренним напряжением и даже трепетом, ибо имя «Овчинников» еще со студенческих лет в МГУ (70-е годы прошлого столетия) для меня значило очень многое. Помню, как я с замиранием сердца вчитывался в текст изумительной во всех отношениях книги «Ветка сакуры», изданной в 1971 году. Она тогда буквально потрясла меня, студента МГУ. Мне также хорошо запомнилась его встреча со студентами и преподавателями университета весной 1973 г., прошедшая в теплой и камерной обстановке в Институте восточных языков при МГУ (ныне — Институт стран Азии и Африки). В конце интереснейшего разговора с известным журналистом выстроилась целая вереница желающих заполучить у него автограф на книге «Ветка сакуры». В их числе был и автор данных строк. Когда подошла моя очередь, Всеволод Владимирович корректно спросил у меня: «Откуда вы? Не якут ли?». Мой ответ, что я бурят, немного воодушевил его: «А как у вас с буддийскими храмами? Сколько осталось действующих? Сколько лам-монахов в них занимается там, как они проповедуют свое вероучение?» 

С той поры я начал собирать, читать и лелеять все, что выходило из-под замечательного пера В.В.Овчинникова. Его имя, его работы  для меня стали символами непререкаемости в постижении во многом уникального японского мира. Это, прежде всего, касалось особенностей морали, нравственности, эстетической культуры японцев.

Но после воспоминаний В.В.Овчинникова, данных им в день 85-летия по «России-24», у меня остался неприятный осадок. Осадок, близкий где-то к расстройству, к разочарованию. Образ легендарного журналиста-востоковеда после телепередачи мгновенно померк перед моими глазами.

 Это произошло как раз в тот момент, когда В.В.Овчинников поведал многомиллионному российскому телезрителю о мотивах переезда из Китая в Японию в начале 60-х годов. По его словам, после резкого ухудшения  советско-китайских отношений в те годы он отчаянно просил руководство «Правды»  отправить его корреспондентом в Японию, утверждая, что между Китаем и Японией, мол, никакой разницы нет. Убеждал тогда, по его откровенному признанию, как мог: эти страны якобы близки друг к другу, как Россия и Украина. А затем В.В.Овчинников на всю современную Россию с гнусноватым расистским душком повторил свои былые суждения, высказанные им когда-то в качестве неопровержимого доказательства перед руководством «Правды»: «Какая тут может быть разница, эти и те (т.е. китайцы и японцы — В.А.) — косые, эти и те — желтые». Мне стало почему-то не по себе.  Во мне, внутри что-то неожиданно больно оборвалось. Как будто треснул старинный китайский или японский фарфор, которым до этого бесконечно любовался. 

Как такое стало возможным после стольких лет успешной работы в Китае и Японии, никак не могу разумно осмыслить. Как можно, получив оттуда столько благодарностей и наград, в т.ч. и китайский Орден дружбы, публично обозвать китайцев и японцев «косыми, желтыми»? Я считаю, что это  в высшей степени непристойно со стороны В.В.Овчинникова.

«Косой» — известный персонаж из русского фольклора, из русской сказки, т.е. заяц. Но здесь даже мало-мальски просвещенному человеку понятно, какой смысл был вложен в данную характеристику.  «Косой», равно как и «косоглазый», — не только уничижительные и оскорбительные, но и откровенно расистские выражения. Хотя, если говорить по существу, китайцы, японцы  никогда не страдали «косоглазием», понимаемым как медицинский диагноз. Да, есть миллионы китайцев, японцев (причем не только они одни, но и буряты, якуты, тувинцы, калмыки, хакасы, алтайцы, некоторая часть башкир, татар, малочисленные народности Сибири, Севера, Дальнего Востока, т.е. коренные россияне), которые имеют раскосые глаза. Но немалое число тех же китайцев, японцев этой раскосостью не отличается. 

 Глубоко обидно, что именно В.В.Овчинников спокойно, где-то даже играючи приписал «косость» как некое дефектное свойство, данное от природы всем китайцам, японцам и, следовательно, всем азиатам. Видимо, у него не нашлось иных аргументов, чтобы как-то принизить их в глазах миллионов российских телезрителей. Но разве «косостью» определяются китайцы, японцы? И что значит косой по логике вещей, по понятию? Это, по сути, не прямой, а кривой, т.е. «неправильный по своей природе человек». Можно сказать, урод какой-то. А «желтый» значит не белый, т.е. здесь налицо признак расовой неполноценности. 

Я не могу взять в толк, чем вызван столь неожиданный и ошеломивший многих граждан России азиатской национальности эпатаж со стороны В.В.Овчинникова. То ли желанием соригинальничать перед большой публикой, то ли элементами старческого маразма, то ли мотивацией подыграть агрессивно-шовинистической части населения России, то ли попыткой принизить (а может, унизить) современных китайцев и японцев чисто их биологическими (природными) чертами и свойствами. 

Но в любом случае это очень опасное высказывание, ибо оно из уст такого непререкаемого авторитета как Овчинников будет воспринято шовинистически настроенными российскими обывателями как истина в последней инстанции и незамедлительно найдет благодатную почву в их сознании. Причем от определения китайцев, японцев как «косых, желтых» пострадают не столько сами они (т.е. жители Поднебесной и страны Восходящего солнца),  сколько, в первую очередь, коренные россияне — представители азиатской национальности. Ведь для экстремистски настроенного русского обывателя нет никакой разницы между, скажем, корейцем и бурятом или между якутом и монголом. Все они на одно лицо!

Свидетельств на сей счет можно привести множество. Еще до недавнего времени, вплоть до известных событий на Манежной площади, в Интернете нередки были призывы такого рода: «Коси косых и желтых! Бей косоглазых! Смерть черномазым! Бей азеров и хачиков!». И эти призывы, как правило, находили и находят  практическое воплощение в преступных действиях фашиствующих молодчиков. Так, только за истекшие годы, начиная с 2003 года, ими зверски (с множественными ножевыми ранениями) было убито 9 бурят в Москве, Санкт-Петербурге и других городах европейской части России. А число тех бурят, кто остались чудом в живых, но при этом все-таки стали частично калеками, больными и инвалидами, на порядок больше. Вот таковы жестокие реалии современной российской жизни на бытовом уровне, расистским оскалом обрушившиеся на россиян азиатской национальности.

Между тем совершенно неожиданную реакцию вызвало высказывание В.В.Овчинникова у моего друга Германа, россиянина еврейской национальности. Это, как он определил, скорее проявление у нашей русской элиты определенного комплекса перед высокоинтеллектуальной продвинутостью, потрясающей изобретательностью, мощным технологическим прорывом, колоссальной организованностью и трудолюбием современных китайцев и японцев. Потому стало общим и дежурным местом в выступлениях такого рода выискивание признаков расовой неполноценности (в данном случае — «косые», «желтые»).

Как бы то ни было, здесь есть о чем и над чем серьезно поразмыслить. Равно и как с горечью призадуматься, почему в последние 5-7 лет участились выступления по российскому телевидению различных вип-персон, артистов, телеведущих с шутками-прибаутками насчет расовой неполноценности азиатов, рассчитанными на то, чтобы «развеселить публику». К примеру, дважды передавали по телевидению (Россия-2) концерт Евгения Петросяна при большом стечении зрителей, который мне довелось увидеть и где была допущена открытая пропаганда расизма. Эта  пропаганда выразилась в довольно-таки примитивной и гадкой шутке, игриво произнесенной артистом: «Лечили одного больного от желтухи, но он никак не вылечивался, потому что он оказался китайцем». Но что тревожно и печально, весь концертный зал после сказанного умирал со смеху.

Несколько лет тому назад в один из новогодних телевечеров,  переданных по центральному телевидению, точно такой же шуткой потешал собравшуюся публику, можно сказать, «звезд» современного российского бомонда небезызвестный Юлий Гусман. Зал в студии встретил ее громом смеха и хохота. А Кира Прошутинская так азартно смеялась, что аж слезу утирала.

Не знаю, чем вызвано такого рода «баловство» на предмет расового порока китайцев. И в чем сама мотивация выступлений Петросяна, Гусмана — россиян нерусской национальности? Может, тихим желанием и наивной надеждой навсегда «перевести стрелы» возможных антисемитских и реально бытующих в российском обществе антикавказских, в том числе антиармянских, настроений на восточных азиатов. А они (включая бурят, якутов, тувинцев и т.д.) как хотят, как могут… Пусть отдуваются!

Примеры можно продолжить. Так, в середине нулевых годов меня неприятно удивила одна передача из телесерии Алексея Лысенкова «Сам себе режиссер», где говорилось о том, что из больницы сбежал больной желтухой, но когда через несколько дней еле его нашли и насильно вернули обратно в лечебное учреждение, то он оказался… вьетнамцем. Народ в студии тогда со смеху чуть ли не попадал со стульев.

Когда я слышу все эти откровенно расистские вещи, рассчитанные на простаков и обывателей, мне вспоминается состоявшееся еще в 1970 г. весьма интересное полуторачасовое выступление доцента Филатова (имя и отчество, к сожалению, не запомнил) в рамках практиковавшегося тогда общественно-политического лектория. Оно проходило в студенческом общежитии МГУ и посвящалось теме «Эстетика и этика фашизма».

То выступление запомнилось многими жутковатыми моментами, культивировавшимися в фашистской Германии как высшие эстетические и этические ценности. В нем также говорилось о том, что в самых различных кругах германских нацистов особой популярностью пользовались выступления артистов, «доказывавших» расовое превосходство арийцев с их «первоклассным нордическим характером» над евреями и славянами, в т.ч. репризы такого типа: «Лечили одного пациента от близорукости у лучшего немецкого врача, но она никак не проходила. Почему? Да потому что он оказался пучеглазым евреем». Ну что можно тут сказать? Откровенный расизм и ничего более. Притом никакой разницы невозможно выявить между предыдущими (касательно китайцев, вьетнамцев) и данным (относительно евреев) примерами.

Но что еще характерно: вышеприведенные шутки-прибаутки относительно безнадежной «желтушности» азиатов стали сочетаться с политизированными расистскими частушками. Например, в одной из российских телепередач это устами Николая Бандурина прозвучало таким образом: «Японцы до того «докурились» с Курилами, что стали маленькими и желтыми». 

К сожалению, элементы явного или скрытого расизма в последнее время стали допускаться в телерепортажах наших спортивных комментаторов, в том числе выдающейся в прошлом гимнастки, двукратной олимпийской чемпионки Лидии Ивановой (в отношении японского гимнаста на чемпионате мира-2011). Меня поразили и два наших российских комментатора женского финала теннисного турнира  «Большого шлема» «Роллан Гаррос-2011» (Париж). Точнее говоря,  один из них (фамилию не стал выяснять). Весь его комментарий по каналу «Россия-спорт» пропитан был плохо скрываемой расовой неприязнью к одной из участниц финала.

Как известно, в финале «Роллан Гаррос-2011» (4 июня) играли победительница этого турнира предыдущего года итальянка Франческа Скьявоне и китаянка На Ли. Наш российский комментатор с самого начала матча, открыто взяв сторону Скьявоне, стал неистово, буквально на грани эмоционального надрыва болеть за нее. Допуская крайнее пренебрежение и неуважение к сопернице Франчески или в лучшем случае подмечая ее разные огрехи и недостатки, в том числе ее великовозрастное состояние (хотя китаянке было тогда 29 лет, а представительнице Апеннинского полуострова — 30), прозрачно намекая, что азиатка как чемпионка «Роллан Гаррос» — нонсенс, он бурно предвосхищал и столь же горячо реагировал на каждый успех итальянки (удачный удар, комбинационную результативность, выигранное очко) следующими возгласами: «Ну! Ну! Ай да Скьявоне! Ай да молодчина!». Одновременно возмущался невысокой активностью итальянских болельщиков: «Где «Форса Италия»? Где болельщики из Италии?».

Откровенно говоря, во время  предыдущего финала «Роллан Гаррос», т.е. в 2010 г.,  автор этих строк также болел за Скьявоне, когда та выиграла у австралийки Саманты Стосур. И на этот раз я склонялся было сделать то же самое, но то, как комментировался нашим россиянином матч между Скьявоне и На Ли, напрочь отбило у меня охоту болеть за представительницу Италии.

В том матче китаянка выиграла первый сет со счетом — 6:4. А во втором сете при равном счете — 6:6  дело дошло до «тайбрека», и На Ли обыграла Франческу Скьявоне «всухую» — 7:0. Расстройству нашего российского комментатора не было предела. Наверняка он испытал сильнейший нервно-психологический стресс.

Все эти и другие факты, где и когда нарочито либо подсознательно выплескиваются умонастроения или предрассудки расистского толка, нарастая как снежный ком, в конечном счете способны породить опасную тенденцию в развитии российского общественного сознания. И вообще надо признать, на ментальном уровне у многих представителей нашей российской элиты наметилось что-то неладное, если не сказать, ненормальное, будто неприятным тухловатым запахом прорвало застоявшееся десятилетиями латентное состояние их внутреннего ментально-мыслительного мира. 

Осуждать или поучать за все это давно состоявшихся как высококлассные специалисты в своем деле россиян, давно созревших как высокоинтеллигентные граждане соотечественников нелепо и как-то даже неловко. Равно бессмысленно апеллировать к практически не работающей статье 35 Конституции РФ, запрещающей любую форму пропаганды и разжигания расовой, национальной, религиозной ненависти. Вряд ли что-либо даст и грозное указание на статью 282 Уголовного кодекса РФ (разжигание межнациональной вражды). А как же быть тогда с пресловутой политкорректностью? Видимо, судя по вышеприведенным высказываниям, можно и на нее плюнуть.   

Кстати, о разжигании межнациональной вражды. Нужно сказать, что на Центральном телевидении и в печати в истекшем десятилетии явление ксенофобии на российской основе не совсем грамотно подавали как нетерпимость и вражду, имеющую, в первую очередь, этнонациональный характер. На самом деле это неверно. Ксенофобия основывалась не на национальной, а именно на расовой почве. Скинхедов, когда те, например, в разные времена дико расправлялись с лояльными россиянами — бурятами Самбуевым, Прокопьевым, Николаевым и др., вряд ли интересовала конкретная национальность убитых. Они выступали для них, прежде всего, «косыми и желтыми», т.е. неполноценными по расовым признакам, потому подлежали уничтожению. В этой связи я что-то ни разу не слышал и нигде не читал о том, что жертвами русских скинхедов стали лица прибалтийской национальности (литовцы, латыши, эстонцы), хотя, как известно, они в большинстве своем никогда, мягко говоря, не питали и не питают даже малейших симпатий к русским и ко всему русскому. Мне никогда не приходилось от кого-либо узнавать или где-либо прочитать, что от фашиствующих русских молодчиков пострадали граждане украинской национальности (хотя всем известно, что современная Украина, где очень сильны антирусские настроения, при первой же возможности старается максимально насолить Российской Федерации). Также ни разу не слышал о том, что от рук скинхедов пострадали марийцы, удмурты, чуваши, представители мордвы, которые своим внешним обликом совершенно не отличаются от русских. И все дело тут в том, что для фашиствующих русских обывателей ключевым опознавательным сигналом всегда выступает внешнее (прежде всего — расовое) отличие людей.    

 Поэтому любое проявление расизма — это опасный симптом в обществе. Оно может послужить таким же побудительным сигналом для экстремистки настроенной молодежи. Вот почему вышеприведенные высказывания и выступления в совокупности столь же опасны, как и сами экстремистские акции. Ибо они способны, в конечном счете, спровоцировать в стране такую ситуацию, которая представляла бы серьезную угрозу для безопасной жизни россиян азиатской национальности.

Но тем не менее давать какие-то рецепты насчет соответствующего поведения или поступка В.В.Овчинникову и другим лицам, упомянутым выше, я не стал бы. Каждый из них (известное имя, несомненный авторитет в своем деле) вправе сказать: «Не надо поучать меня. Я сам с усам». И все же нелишне тут вспомнить великого Канта (1724-1804), напомнить о его бессмертном категорическом императиве.

В категорическом императиве, в этом практическом нравственном законе, обоснована идея равенства в морали, которая заключалась в том, что моральные требования всегда должны иметь всеобщий характер и распространяться на всех людей, независимо от их происхождения, положения и места жительства. Указанный закон гласит: «Поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой, ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом»¹.

Еще один важнейший принцип, заложенный в категорическом императиве Канта, — это идея безусловного достоинства каждой человеческой личности. Только при наличии данной идеи, при условии практического ее осуществления возможно нечто само по себе представляющее абсолютную ценность. Это и есть высшая цель сама по себе, т.е. человек, личность, человечество как таковое. Поэтому Кант категорическому императиву как практическому этическому закону дает и такую формулировку:  «Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого так же, как к цели и никогда не относился бы к нему только как к средству (т.е. как к рабской силе, слепому орудию — В.А.)»². А человечество как цель, по Канту, есть не что иное, как высшая ценность.   

Что и говорить, закон великого Канта звучит актуально и в наше время. Ведь неоспоримым фактом сегодня является то, что китайцы, японцы, вьетнамцы, другие азиаты являются неразрывной и неотъемлемой, причем достойной,  частью современного человечества.  

Владимир АНТОНОВ,

доктор философских наук, профессор, 

заслуженный деятель науки России.

http://cs5890.userapi.com/u141515491/docs/1329d0b7c2a7/1_2012.pdf